• ШПАЦЫРАВАЦЬ / МАРШЫРАВАЦЬ

    Прямохождение – отличительная черта homo erectus. Человечество, несмотря на прогресс в автомобилестроении, хоть изредка продолжает передвигаться на своих двоих. Но делает это по-разному: с учетом особенностей климата, моды, динамики роста ВВП и прочих факторов. Мы, белорусы, не исключение. Пока соседи кипишат, ковыляют, дают на пяту, влачатся, роятся и зависают, мы маршируем и шпацируем.

    С маршировкой все ясно, даже в словарь заглядывать не стоит, хотя полиглоты наверняка сошлются на немецкий глагол marschieren. А нам не нужно немецких глаголов. Мы просто вспомним святой для каждого гражданина Беларуси праздник – День Независимости. Героические атлеты, заслуженные партизаны, улыбчивые дети, безотказные трудящиеся и прочие наши соотечественники, включая образцовую роту почетного караула, – что они все делают? Во-первых, двигаются. Вовторых, двигаются слаженно, строем. В-третьих, двигаются поступательно: вперед и только вперед. В-четвертых, двигаются мимо руководства страны – как бы под его присмотром, чтобы не отклониться от курса. В-пятых, двигаются немножко понарошку: не один день репетировали, в конце-то концов. В-шестых, празднично двигаются, весело, задорно.

    Итак, «маршыраваць» – «имитировать коллективное поступательное перемещение строем под надзором вышестоящих инстанций с целью наглядной демонстрации динамики развития социума и идеологического воспитания масс». И в этом смысле рота почетного караула, ежегодно изумляющая своим мастерством эстетически чутких сограждан, – тот самый недостижимый идеал гражданского общества, к которому стремимся мы все. Потому что солдаты маршируют не только бодро, слаженно и красиво, но еще и профессионально. Большинство же штатских на марше пока наглядно демонстрирует любительский уровень подготовки, заставляя остро переживать по поводу человеческого несовершенства.

    Вдумаемся в централизованное управление процессом, описываемым глаголом «маршыраваць», в социально значимый характер осуществляемого гражданами перемещения, в ритуально-метафорическую и идейно-воспитательную нагрузку действа. Вывод напрашивается сам собой: в общем-то, все мы маршируем – с 8.00 до 17.00, с 9.00 до 18.00, а также в иное время, регулируемое контрактом с работодателем, в роли коего чаще всего выступает государство. Т.е. «маршыраваць» – это коллективная социализация граждан, превращающая раздолбаев, тунеядцев, оппозиционеров и социопатов в полноправных участников общественной жизни.

    Куда сложнее с глаголом «шпацыраваць». В смысле, есть граждане, отрицающие сам факт существования такого глагола. Например, моя соседка пенсионного возраста тетя Галя, традиционно вслух обсуждающая на лавке у подъезда цены на бакалею. Наряду с бакалеей тетю Галю волнуют и вопросы эстетического порядка – например, белорусский отборочный тур «Евровидения». Там выступала группа «Ветер в голове» с композицией «Шпацыруем», в целом заслужившая высокую оценку тети Гали: «Слухай, харошыя такiя хлопцы… Iлi дзяўчынкi? Толькi не разумею, што яны там спявалi».

    Название песни недаром ускользнуло от пытливого интеллекта тети Гали. Дело не только в том, что, как уверяет тетя Галя, «у нас в дзярэўне так не гавораць». Академические словари 80-х тоже нередко сопровождают слово «шпацыр» презрительной отметкой «разг.». Можно даже предположить, почему благозвучный и емкий глагол «шпацыраваць» пал жертвой цензуры эпохи проклятого тоталитаризма. Во-первых, очевидно, что образован он от немецкого spazieren, потому могло возникнуть подозрение, что по Беларуси праздно прогуливались только немцы. Во-вторых, просто недопустимо, когда человек шляется без дела, вне государства и коллектива.

    Тетю Галю можно понять: трудно вообразить себе диалог двух селян вроде «Што робiш, братка?» – «Шпацырую патроху». Не сильно пошпацируешь, пока скотина не кормлена, жито не убрано, а жонка у забора о чем-то балаболит с молодым рекрутом.

    Тем не менее позволим себе иную историческую реконструкцию, которая все расставит по своим местам. Например, селянин лезет на территорию панской усадьбы с целью прибрать что-нибудь плохо лежащее из господского хлама. В этот момент селянина ловят эффективные менеджеры или ответственные собственники и строго-настрого спрашивают, что он делает на территории господского фольварка. Что ответит селянин, чтобы эффективные менеджеры и ответственные собственники его поняли? Правильно, он скажет: «Шпацырую». Т.е. гуляю тут без особого дела, потому как для здоровья полезно. Мол, у доктора Бенджамина Спока прочитал.

    Таким образом, глагол «шпацыраваць» означает «перемещаться в индивидуальном порядке, вне коллектива, без разрешения руководства, с тщательно скрываемыми корыстными целями, маскируемыми ссылками на незанятость и незаинтересованность». Как шпацирует современный белорус? В одной руке бутылка пива либо плодово-ягодного вина, в другой – особь противоположного пола (если еще держится на ногах). При этом сам шпацирующий пока трезв и внимательно косится по сторонам: должно быть, ищет визуальные знаки обещанной пользы от шпацира. В смысле, для здоровья. Ну, или что где плохо лежит. В крайнем случае – просто в пятак кому-нибудь заехать.

    Диалектика – штука неумолимая: когда белорус не марширует, он шпацирует. И наоборот. Так достигается оптимальный уровень гармонии между индивидуальным и коллективным, частным и общим, обществом и государством, группой «Ветер в голове» и тетей Галей на скамейке.

    Добавить комментарий