• Оправдало ли себя белорусское военное ноу-хау?

    Летом 2004 года в Вооруженных силах Беларуси положили начало эксперименту, призвав на службу в резерве первые 820 человек. С тех пор ежегодно присягу принимают порядка 3000 солдат-резервистов. Кто и за какие заслуги попадает в резерв и чем это отличается от «срочки»? Корреспондент ET CETERA, отслуживший в резерве и уволенный нынешней осенью в запас, отвечает на эти вопросы.

    КТО СЛУЖИТ В РЕЗЕРВЕ

    Закон «О воинской обязанности и воинской службе» гласит: «На службу в резерве призываются граждане, подлежащие призыву на срочную военную службу, в случае отсутствия потребности Вооруженных Сил, других воинских формирований в военнослужащих срочной военной службы в порядке, устанавливаемом Президентом Республики Беларусь».

    Право на подобную поблажку имеют призывники до 27 лет, «представляющие интерес для государства в сфере науки, культуры, искусства, спорта, высококвалифицированные рабочие, специалисты, занятые в сельском хозяйстве». Соответственно, и службу они проходят «без отрыва от производства». Точнее, почти без отрыва. В зависимости от уровня образования резервисты вызываются на сборы 1-2 раза в год в среднем на срок 30-50 дней. Выпускники военных факультетов и военных кафедр гражданских вузов служат год. Призывники с высшим образованием вызываются на сборы в течение двух лет, со средним специальным – в течение трех. Во время службы зарплату, как правило, не платят, зато рабочее место остается за человеком.

    Кто же реально попадает в резерв? Из 100 человек, служивших в моей роте, лишь один не имел высшего образования. А так кого там только не было: банкиры с бизнесменами, архитекторы с таможенниками, юристы-международники и инженеры, тренеры и учителя, бухгалтеры и программисты, налоговики, менеджеры, журналисты… Сразу отмечу, среди нас оказалось немало детей военных и «блатных» – сыновей высокопоставленных чиновников.

    Как правило, в этом вопросе не обойтись без ходатайства от руководителей предприятия и организации, где вы работаете. Хотя этого часто бывает недостаточно. В любом случае, конечное решение (отложить ваше личное дело в стопку «резерв» или нет) зависит от начальника отделения призыва военкомата или самого военкома. Как этого добиться, каждый решает сам. Во всяком случае, из десятков сослуживцев, с которыми я разговаривал на эту тему, лишь единицы признались, что им самим предложили идти в резерв. Все же остальные улаживали проблемы разными путями…

    Поскольку призыв в резерв осуществляется только раз в год – летом, позаботиться о документах и заручиться гарантиями советую заблаговременно.

    В ЧЕМ ОТЛИЧИЯ

    Служба в резерве (когда кратковременные сборы приравниваются к срочной службе) – белорусское ноухау. В таком виде ее нет ни в одной стране мира.

    Пожалуй, главное юридическое отличие резерва от «срочки» – то, что резервисты занимаются в войсках исключительно обучением: освоением военной специальности. Тут все кратко, сжато, никаких хозяйственных работ и уборки «отсюда и до обеда». Нечто отдаленно напоминающее некогда популярный экспресс-метод изучения английского языка от Илоны Давыдовой.

    Касаясь межчеловеческих отношений: в резерве, в отличие от «срочки», практически отсутствуют оскорбления и острые конфликты на пустом месте. Зато есть диковинное для армии взаимоуважение.

    Во-первых, тут нет «дедов» (старослужащих), все равны. Вовторых, люди мы уже взрослые (от 22 до 26 лет), многие – семейные. Все, как правило, специалисты в своем деле, со сформировавшимися взглядами на жизнь и окружающую реальность. Потому нам просто было интересно друг с другом. Мы не выясняли, как 19-летние пацаны, кто круче, а обсуждали мировую политику с экономикой, советовались, как создать собственное дело и куда съездить на отдых. У каждого из нас уже была своя цель в жизни, и мы все стремились поскорей вернуться к семье, работе. Потому и вопросов, кто сегодня несет на полигон 12-киллограммовую радиостанцию, а кто – лопаты, у нас никогда не возникало. Наоборот, если тебе плохо, чувствуешь слабость, всегда найдутся желающие помочь, подменить тебя.

    Наш возраст (командиры-лейтенанты были младше большинства из нас) и общественный статус накладывали отпечаток и на отношение к нам офицеров. Ни тебе унижений, ни рукоприкладства (что мы часом наблюдали на примере «срочников»), ни тренировочных излишеств (когда на солнце все 40 градусов, а новичков гоняют по стадиону в костюмах химзащиты и противогазах – за пару минут в подобном облачении промокаешь от пота насквозь, а душ тут всего раз в неделю…) Очевидно, что с появлением резерва служба в армии стала меньше отпугивать, по крайней мере парней с высшим образованием.

    ЧЕМ МЫ ХУЖЕ?

    Естественно, что за четыре разрозненных месяца сборов архисложно постичь все премудрости военного дела, как это удается сделать за год-полтора. Но усвоить необходимую основу вполне по силам.

    Поначалу офицеры лишь насмехались: «А это кто, резервисты? Тоже мне пехотинцы, угроза НАТО!». Руководство обвиняло нас в саботаже после начала массовой эпидемии гриппа (а чего удивляться, когда из теплого офиса тебя бросают в холодный окоп). Однако чем дальше, тем больше они убеждались в том, что с нами можно «варить кашу». Прекрасная возможность удостовериться в том, что резерв себя оправдывает, представилась нынешней осенью: резервисты впервые участвовали в комплексном оперативном учении «Осень-2008». А это вам не шутки.

    Уже на втором сборе нашу роту присоединили к батальону «срочников». Под руководством юных сержантов мы и готовились к учениям на протяжении двух месяцев. За это время прошли столько, чего иные не видят и за полтора года. 70 дней полигона, десятки стрельб и сотни отстрелянных патронов, порядка тысячи пройденных «на своих двоих» километров пути с полной выкладкой (1020 кг за спиной), неделя жизни в лесу в собственноручно вырытых блиндажах… И это все – в любую погоду.

    «Если б знал, что придется столько ходить, пошел бы служить на подводную лодку», – пошутил после очередного многокилометрового похода мой замученный товарищ. «Завтра лучше не просыпаться. Не нужна мне такая жизнь», – посетовал другой.

    Признаюсь, никогда не думал, что может быть так трудно. Не представлял, что четыре часа сна в армейской кровати могут быть самым вожделенным желанием в жизни. Иногда хотелось просто завалиться в грязную канаву и не вставать. Но мы терпели, стиснув зубы, мы старались, понимая, что это – наш долг и альтернативы нет.

    Не буду отвечать за всех резервистов, принимавших участие в «Осени-2008», но про себя скажу. Показалось, что даже сами офицеры не ожидали от нас столь слаженного и успешного выступления на учениях. Свидетельство тому – благодарность и командира бригады, и комбата (из уст которого услышать хорошее слово можно раз в год, да и то по обещанию). В итоге нам присвоили «младших сержантов» и уволили в запас.

    Резерв оправдал себя. А мы оправдали резерв.

    Добавить комментарий